9 февр. 2016 г.

Искусства соль и свет



Текст: Елена Невердовская
 
Уильям Кентридж (William Kentridge). Фото: Franz Wamhof
У нашего воображения слабые мышцы. Его раскормили, ограничили в движении. И вот оно - вялое и ленивое - пассивно ожидает встряски, удара, акцивизации. Стереофильм в кинотеатре, американские горки в парке, компьютерная игра - это, конечно, крайний случай. Но и у тех, кто ментально и физически подвижен, воображению тяжело. Появляется привычка плыть, не сопротивляясь, в потоке визуальной, звуковой информации. А ведь хочется вынырнуть, войти в другую воду, прыгнуть в волну, в океан. Нужен инструмент, способный пощекотать увядшие рецепторы нашего воображения. Нужен медиатор. Новый художник.  
Есть такой. Не краски, а цвет, не материя, а воздух и свет и пространство и время - материал, из которого он создает свои произведения  - световые проекции в городской или природной среде, под крышей заводских цехов, храмов промышленной архитектуры. Видеоарт другого, не комнатного масштаба.  

Рёдзи Икеда (Ryoji Ikeda). Фото: Franz Wamhof

Эпилептикам не входить! 

Японский композитор и видеоартист Рёдзи Икеда (Ryoji Ikeda) создает именно такие произведения - в масштабе, превышающем человеческое, как физическое, так и воображаемое.
Он разрушает пространство и время и делает из зрителя переменную величину, фактор, влияющий на происходящее внутри художественной работы. Мелькает свет, пляшут полоски в ритме электронной неорганической музыки, и кажется, что вот-вот и сердце войдет со всем в резонанс и просто взорвется. "Эпилептикам не входить!" - предупреждает объявление на двери цеха.  

Рёдзи Икеда (Ryoji Ikeda). Фото: Елена Невердовская

Я не эпилептик, но могу понять, что в состоянии сделать с душой и телом искусство, поэтому нельзя сказать, что обнаружение имени Икеда в списке участников биеннале проекций LichtSicht05 в немецком курортном городке Бад Ротенфельде меня сильно обрадовало. Но ожидание не оправдалось: вместо реальности, растворенной в гигантском штрихкоде, можно было увидеть на соляной стене градирни отражение событий, происходящих в универсуме. Зрителю было возвращено его место, не в партере, но на аллее парка.
«Radar» - так называется последняя работа Рёдзи Икеда, в которой музыкант и художник использовал результаты картирования Вселенной и данные радаров, звуки фиксирующих космическую реальность приборов.  

Дэниэл Крукс (Daniel Crooks).
Фото: Franz Wamhof

Лабиринты параллельных возможностей 

Расслоением пространства и времени современного Мельбурна на отдельные фракталы, капсулы, в которых перемещаются пойманные в объектив видеокамеры прохожие, австрилийский медиа-художник Дэниэл Крукс (Daniel Crooks), очевидно, хотел нам показать свой вариант "Сада расходящихся тропок", а именно "Сад параллельных дорог". Медленно, очень медленно проходят по улицам люди, на полпути, исчезая за тонкой перегородкой, оказывающейся границей другого измерения. Медленно. Медитативно. Изображение захватывает в плен, как-будто утягивая в бездну - то ли ожидания рая, то ли его обещания. Стена градирни из просоленных прутьев черного боярышника как нельзя удачнее подходит в качестве фона для видеоинсталляции, имитируя фактуру обвалившейся штукатурки старинных фресок, придавая современности оттенок произошедшего или никогда не бывшего, но тем не менее недостижимо прекрасного. 

Эйяль Гевер (Eyal Gever). Фото: Елена Невердовская

Уравнение из движения и света 

Нереальное, нематериальное, неисчислимое, непостижимое задевает наше воображение. Свет и вода - кто это там, танцующий в струях фонтана? Эти брызги - это материя или обман? Постепенно улавливается ритм: вот из бурлящего фонтана восстановилось тело танцовщицы, а следом, через пару тактов, снова рассыпалось  и вернулось в пучину. Израильский художник и медиа-дизайнер, разработчик трехмерной графики Эйяль Гевер (Eyal Gever) является автором  этой 3D-симуляции "Water Dancer", основой для которой послужил танцевальный перформанс Шарон Эйяль. 

Эйяль Гевер (Eyal Gever). Фото: Елена Невердовская
 
О движении, о рождении, смерти, вырождении - 25-минутный фильм "Марафон животных" немецкой художницы rosalie, получившей мировую известность благодаря своей сценографии для "Колец Нибелунга" (Байрейт, 1994 - 1998).  10-метровые тени животных - собак, обезьян, скелеты ящеров - выныривают из темноты и растворяются в тумане, оставляя на нашей сетчатке таящие следы, ожоги свет. Этот эффект едва ли был достижим, если бы фильм демонстрировался на обычном экране. 
"Марафон животных" немецкой художницы rosalie. Фото: Franz Wamhof

"Марафон животных" немецкой художницы rosalie. Фото: Franz Wamhof

Утверждать, что у всякого воображения слабые мышцы, - делать ошибку. Биеннале световых проекций в Бад Ротенфельде (курорт в Нижней Саксонии, Германия, население 7,7 тысяч) доказывает обратное. Это каким воображением надо обладать, каким визионером надо быть, чтобы, увидев градирни соледобывающей промышленности – памятники индустриальной архитектуры 200-летнего возраста, представить их как гигантские экраны для демонстрации искусства. 
"Марафон животных" немецкой художницы rosalie. Фото: Елена Невердовская


Инициатором художественного проекта явился владелец акционерного общества heristo (пищевая промышленность) Генрих В. Рискен (Heinrich W. Risken). В начале 2000-х был организован фонд, а в 2007 состоялась первая биеннале, ее куратором, как и трех последующих, был двухкратный интендант Документы Манфред Шнекенбургер (Manfred Schneckenburger). 

Роберт Уилсон (Robert Wilson). Фото: Елена Невердовская

В 2015 году кураторство перенял медиа-художник и теоретик, директор Центра Медиатехнологий в Карлсруэ Петер Вайбель (Peter Weibel). Благодаря его международным контактам  в Бад Ротенфельде можно было увидеть произведения таких звезд, как американец Роберт Уилсон (Robert Wilson) и художник из ЮАР Уильям Кентридж (William Kentridge). 

Уильям Кентридж (William Kentridge). Фото: Елена Невердовская

Уильям Кентридж (William Kentridge). Фото: Елена Невердовская


Комментариев нет:

Отправить комментарий